Гиперкинетическое расстройство (ГР) относится к частым психическим заболеваниям детского возраста и достигает 5% популяции. В последние годы обсуждается вопрос о важной роли системного воспаления в патогенезе ГР. Считается, что уровень нейтрофилов, лимфоцитов, тромбоцитов и моноцитов, а также их отношения, могут служить маркерами системного воспаления при ГР. Однако вопрос о специфичности полученных данных остается открытым в связи с недостаточностью данных. Недостаточно исследованной остается именно специфичность маркеров нейровоспаления и системного воспаления, а также их связь с выраженностью гиперкинетического расстройства. Настоящие вопросы требуют уточнения в будущих исследованиях с исключением фоновой резидуально-органической патологии головного мозга, воспалительных и аутоиммунных заболеваний, а также при сравнении пациентов с ГР не только со здоровыми участниками исследования, но и с пациентами, страдающими другими психическими расстройствами.

Влечение к употреблению психоактивных веществ, или крейвинг, является одним из при- знаков зависимости от психоактивных веществ (ПАВ). Несмотря на включение крейвинга в каче- стве одного из симптомов синдрома зависимости от ПАВ в диагностические классификации DSM-5 и МКБ-10, дискуссии о его точном определении, операционализации и способах оценки продолжаются до сих пор, тем самым подчеркивая сложность и многогранность данного феномена. При этом понима- ние природы и динамики крейвинга имеет не только теоретическую, но и прикладную значимость. В статье рассматриваются трудности концептуализации крейвинга, а также анализируются основные до- стоинства и недостатки имеющихся на данный момент самооценочных и экспериментальных методов его оценки, включая визуально-аналоговые шкалы (ВАШ). Преимуществами ВАШ являются быстрота, простота и гибкость в использовании, минимальные финансовые и временные затраты, а также тре- бования к респондентам; исследования последних лет также показали, что ВАШ для оценки уровня крейвинга имеет приемлемые психометрические показатели. Относительными недостатками использования ВАШ, помимо предъявляемых к самооценочным методам требованиями к уровню саморефлексии, являются необходимость предоставления четкого определения оцениваемого феномена, отсутствие норм или пороговых значений, а также возможные различия в понимании респондентами максимальных и промежуточных значений шкалы. При оценке крейвинга с помощью ВАШ важно учитывать многогранность и динамическую природу данного фено- мена. Это предъявляет дополнительные требования к тщательному подбору терминологии инструкций, выбору аспектов крейвинга, оцениваемых с помощью ВАШ, определению временного интервала изме- рения («здесь и сейчас» или за определенный период), а также частоты и продолжительности оценки.

Научный обзор посвящен актуальной проблеме высокой распространенности психических расстройств среди студентов, негативно влияющей на их академическую успеваемость, качество жизни и будущее благополучие. Следовательно, необходимость данного исследования обусловлена растущей потребностью в разработке эффективных стратегий профилактики и интервенции. Цель статьи—провести анализ распространенности ключевых психических расстройств среди студентов (тревожных и депрессивных расстройств, нарушений адаптации, проблем, связанных с употреблением психоактивных веществ), изучение факторов риска, способствующих их развитию, а также описание эффективных методов лечения и профилактики данных состояний. Обзор нацелен на создание общей картины проблемы, выявление пробелов в знаниях и определение перспективных направлений дальнейших исследований. Методология исследования включает анализ данных из научных изданий, индексируемых в базах данных E-library, PubMed, Scopus, MedLine. В результате анализа 63 публикаций на русском и английском языках за последние 8 лет были выявлены наиболее распространенные расстройства. В обзор были включены эпидемиологические исследования, рассматривающие распространенность депрессии, тревожных расстройств, расстройств сна, злоупотребление психоактивными веществами, суицидального поведения, интернет-зависимости и других психических расстройств. Анализ охватывает данные о распространенности, факторах риска и эффективности различных методов лечения и превенции, включая применение психотерапии и цифровых технологий. В частности, рассматривается потенциал мобильных приложений, веб-интервенций и инструментов на основе искусственного интеллекта. Кроме того, анализ включает междисциплинарные подходы. В заключение, высокая распространенность психических расстройств среди студентов представляет собой серьезную проблему, требующую целостного подхода. Цифровые технологии и междисциплинарные подходы демонстрируют определенный потенциал, но требуют дальнейшей разработки и оптимизации для повышения эффективности профилактики, раннего выявления и лечения.

Неблагоприятный детский опыт (НДО) считается одним из ключевых факторов риска развития психических расстройств. Особую актуальность изучению НДО придают результаты современных исследований об устойчивой и значимой ассоциации НДО с повышенным уровнем риска суицида в целом, и прежде всего у пациентов с психическими расстройствами: депрессией, шизофренией, биполярным аффективным расстройством. Таким образом, корректный анализ спектра, степени выраженности и тяжести НДО исключительно важен для построения комплексных многомерных моделей предикции уровня суицидального риска у пациентов с психическим расстройствами. Однако, на сегодняшний день нет единого и общепринятого подхода к оценке НДО, что может приводить к конфликтности и низкому уровню воспроизводимости результатов. Цель настоящего обзора: анализ и сопоставление различных вариантов оценки и интерпретации НДО для выделения оптимальных исследовательских алгоритмов в рамках современной трактовки биопсихосоциальной модели в психиатрии. В обзоре проведен анализ современных терминов, концепций и методологий изучения НДО. Обсуждаются определения и феноменология НДО, специфика и особенности некоторых методологических схем оценки НДО, а также различные подходы к использованию НДО для построения прогностических моделей. Таким образом, исследования НДО и его последствий активно развивается: происходит пересмотр и уточнение данных предыдущих исследований, совершенствуются способы выявления и оценки НДО, улучшаются методы прогноза последствий НДО во взрослом возрасте. Происходит становление и уточнение теоретических положений и вводятся определения понятий, которым ранее не уделялось должного внимания. Несмотря на существование разных подходов к изучению последствий НДО у взрослых, на современном этапе развития исследований наиболее оптимальным представляется анализ НДО в рамках биопсихосоциальной модели с фокусом на взаимодействие генома и окружающей среды, а также с учётом сложных эффектов генетических, социальных и личностных факторов.

Бурный рост технологии искусственного интеллекта не оставил в стороне медицину, в том числе психиатрию. Современные нейросети, в особенности большие языковые модели, претендуют на возможность постановки диагноза, назначения лечения и оценки прогноза на основе анамнестических и клинических данных. Возможности нейронных сетей в выявлении скрытых закономерностей уже сейчас делают их незаменимым компонентом научной работы, и в скором времени ожидается транс- ляция этих наработок в клиническую практику; широкие перспективы технология искусственного интеллекта демонстрирует в медицинском образовании. Настоящее исследование (анализ клинического случая) было посвящено оценке возможностей нейросети ChatGPT-4 в клиническом разборе пациента с психическим расстройством с симптоматикой преимущественно аффективного характера. Сравнение анализа клинической информации психиатрами-экспертами и большой языковой моде- лью показало высокие возможности последней в формулировке психиатрического диагноза в рамках современного операционального подхода, и в обосновании алгоритма терапии и прогноза траектории расстройства на основе доказательного подхода; вместе с тем нейросети на данный момент своего раз- вития не могут в полной мере реализовать структурно-динамический и феноменологический анализ клинической картины, что существенно ограничивает точность диагностики. Данный клинический случай иллюстрирует важность учёта в диагностической работе не только формально предъявляемых пациентом жалоб, но и культурно-психологической специфики концептуализации им своих феномено- логических переживаний, внутреннего опыта; оценка субъективного опыта одновременно в биопсихо- социальном контексте и темпоральной динамике позволяет наиболее точно установить нозологический диагноз. Перспективными видятся работы по «нейроморфизации» нейронных сетей и приближении их аналитического аппарата к паттернам мышления человека

Актуальность. К настоящему времени существуют убедительные данные в пользу иммуновоспалительной гипотезы этиопатогенеза шизофрении. В качестве маркеров иммуно-воспалительных нарушений при шизофрении в небольшом ряде работ изучались гематологические показатели (ГП) и коэффициенты системного воспаления (КСВ): нейтрофильно-лимфоцитарное (NLR), моноцитарнолимфоцитарное (MLR) и тромбоцитарно-лимфоцитарное (PLR) соотношения. Учитывая, что ГП гипо- тетически могут отражать иммуно-воспалительные процессы при шизофрении, актуальной является оценка их взаимосвязи с другими известными биохимическими маркерами воспаления и окислитель- ного стресса (ОС) при этом заболевании. Целью данного исследования была оценка ассоциации ГП с биохимическими маркерами воспаления и ОС при шизофрении, а также с выраженностью клинических симптомов. Материалы и методы: Обследовано 50 пациентов с шизофренией: 42 женщины, 8 мужчин, возраст—36 [7] лет. Клиническая оценка проводилась с помощью Шкалы для оценки позитивных и негативных синдромов шизофрении и Шкалы Калгари для оценки депрессии при шизофрении. Изуча- лись ГП, гомоцистеин (Гц), тетрагидробиотерин (ВН4), восстановленный глутатион (GSH), интерлей- кин-6 (IL-6), С-реактивный белок (СРБ) и фактор некроза опухоли-альфа (TNF-a). Результаты: Уровень СРБ сыворотки значимо коррелирует с количеством лейкоцитов, суммарным показателем количества моноцитов, базофилов и эозинофилов, а также количеством гранулоцитов, но не с КСВ (NLP, MLR и PLR). TNF-a имеет более тесные прямые корреляции с целым рядом ГП (количество гранулоцитов и эритроцитов, на уровне тенденции к значимости—количество лейкоцитов) и КСВ (NLP, на уровне тенденции—MLR). Выводы: ГП и КСВ в изученной выборке пациентов с шизофренией соотносятся с данными, полученными зарубежными авторами, что свидетельствует о перспективности изучения данной темы в Российской популяции. Актуальной представляется дальнейшая оценка взаимосвязи ГП (КСВ) с TNF-a сыворотки. Изучение ассоциаций биохимических иммуно-воспалительных маркеров с КСВ в дальнейшем требует тщательной оценки стадии развития заболевания, длительности его течения, особенностей ответа на терапию.

Актуальность изучения психических нарушений при анти-NMDA энцефалите обусловлена рядом аспектов: психопатологические проявления при анти-NMDA энцефалите полиморфны и неред- ким является манифест в виде острого психотического расстройства резистентного к нейролептиче- ской терапии; описаны случаи с приступообразным течением; к развитию заболевания больше пред- расположены пациенты детско- подросткового и молодого возраста, качество прогноза ассоциировано с ранним началом патогенетической иммуносупрессивной терапии. Цель: описание психопатологиче- ских проявлений при аутоиммунном энцефалите у группы пациентов подросткового возраста. Мате- риалы и методы: проведено изучение клинико-динамических особенностей течения аутоиммунного анти-NMDA рецепторного энцефалита в остром и восстановительном периоде у четырех пациентов подросткового возраста. Заключение: в исследовании выявлены специфические, характерные для ор- ганических психических расстройств нарушения в остром периоде заболевания и симптомокомплексы вероятно обуславливающие прогредиентность заболевания—обратимый регресс психики, нарушения когнитивных функций, моторно-координаторные нарушения.

Цель—сравнить пациентов с биполярным расстройством I типа и II типа по социо-демографическим характеристикам, структуре депрессивных и гипо-/маниакальных эпизодов, а также по паттернам наличия сопутствующих психических расстройств. Материалы и методы: в данное мультицентровое кросс-секционное исследование было включено 173 пациента с биполярным расстройством, из них с I типом—46.8% (n=81). Участники исследования самостоятельно заполняли Компьютизированный структурированный опросник для скрининга аффективных расстройств, где фиксировали симптомы депрессии и гипо-/мании. После этого участники проходили структурированное интервью с исследователем для верификации диагноза и выявления сопутствующих психических расстройств. Анализ производился в RStudio версии 4.4.0 с использованием стандартного пакета R и пакета “psych”. Результаты: у пациентов с биполярным расстройством I типа и II типа не было выявлено значимых различий по возрасту, полу и уровню образования, а также частоте сопутствующих психических расстройств. У пациентов с биполярным расстройством I типа значимо чаще встречались такие симптомы депрессии, как психомоторная заторможенность и мысли о самоповреждениях или смерти, а у пациентов с биполярным расстройством II типа—симптомы анергии. Кроме того, у пациентов с биполярным расстройством I типа, в сравнении с пациентами с биполярным расстройством II типа, значимо чаще встречались все симптомы мании, за исключением гипертимии и повышенной разговорчивости. Тем не менее, классификация биполярного расстройства I типа и II типа на основе кластерного анализа по всем симптомам депрессии и гипо-/мании имела чувствительность = 77.92% и специфичность = 56.63%. Заключение: не существует симптомов депрессии и гипо-/мании, патогномоничных только биполярному расстройству I типа или II типа. Несмотря на некоторые значимые различия, классификация на основе кластеризации имеет умеренную чувствительность и низкую специфичность. Таким образом, единое биполярное расстройство не может быть разделено на две независимые нозологии только лишь на основе структуры эпизодов настроения.

Постоянная орофациальная боль относится к ряду болевых состояний нестоматологической этиологии в области лица и рта, оказывает значительное влияние на качество жизни и имеет биопсихосоциальную природу. Синдром болевой дисфункции височно-нижнечелюстного сустава (СБД ВНЧС) является одной из наиболее распространенных причин хронических болей в орофациальной области, затрагивающих жевательную мускулатуру; это мышечно-скелетное расстройство, характеризующееся болью и дискомфортом в мышцах и суставах, участвующих в жевании и движении челюсти. Важную роль в возникновении и поддержании постоянных болей и мышечной дисфункции в орофациальной области играют такие психопатологические факторы, как тревога и депрессия. Цель исследования: исследование степени выраженности проявленности тревоги и депрессии у пациентов с хронической орофациальной болью при синдроме дисфункции височно-нижнечелюстного сустава. Материалы: Обследовано 354 пациента с хроническими орофациальными болями, с превалированием в клинической картине заболевания болевой симптоматики и выраженными мышечно-тоническими нарушениями жевательной мускулатуры, при развитии которых коморбидно формируется тревожное и депрессивное расстройство (код по МКБ-10—К07.8+F43; F45.8) Средний возраст обследованных составил 48,6±12,9 года. Результаты: В исследуемой группе пациентов выявляются высокие, отличные от здоровой популяции, показатели тревоги и депрессии. Проявления эти носят в большинстве случаев субклинический характер и на практике представляют собой ряд соматизированных жалоб и легкую тревогу, а также критику к своему внешнему виду. Пациенты с жалобами на мышечно-тонические расстройства и боли в орофациальной области без выраженных проявлений тревоги и депрессии составляли 52,0 %. Пациентов с выраженным тревожным расстройством на фоне орофациальной дисфункции было 6,8 %, а у 41,2% пациентов было диагностировано депрессивное расстройство различной степени выраженности. В возникновении и развитии болевой дисфункции ВНЧС и коморбидных тревожно-депрессивных расстройств участвуют соматические и психологические группы факторов, что делает целесообразным рассмотрение данной патологии с психосоматических позиций.

Тревожные расстройства (ТР) и употребление алкоголя часто взаимосвязаны, формируя порочный круг, который снижает эффективность терапии и качество жизни пациентов. Исследование, проведенное среди 120 пациентов с ТР, выявило ключевые предикторы рискованного употребления алкоголя. У пациентов с генерализованной тревожностью риск злоупотребления алкоголем оказался в 2,3 раза выше, чем у пациентов с эпизодической тревожностью. Основными факторами риска стали высокий уровень невротизации, эмоциональный дискомфорт, фобические реакции и дефицит адаптивных копинг-стратегий. Используя методы CHAID-анализа и логистической регрессии, исследователи построили прогностическую модель с высокой точностью (AuROC=0,937), которая учитывает как клинические, так и индивидуально-психологические характеристики пациентов. Результаты подчеркивают важность учета типа тревожности и связанных с ней психологических особенностей при разработке профилактических программ. Для пациентов с генерализованной тревожностью акцент должен быть сделан на снижении эмоционального дискомфорта и фобических реакций, тогда как для пациентов с эпизодической тревожностью ключевым направлением является развитие навыков поиска эмоциональной поддержки и работа с невротизацией. Полученные данные согласуются с современными представлениями о взаимосвязи тревожных расстройств и алкоголизации, предлагая практические рекомендации для клинической практики.

Большое депрессивное расстройство остается ведущей причиной инвалидности в мире, при этом до 33% пациентов не отвечают на антидепрессивную терапию. Одной из перспективных стратегий лечения резистентной депрессии является аугментация антидепрессивной терапии ати- пичными антипсихотиками. Карипразин, препарат третьего поколения с уникальным рецепторным профилем, продемонстрировал достоверное превосходство над плацебо в снижении симптомов де- прессии, тревоги и ангедонии. Наиболее оптимальная доза в большинстве случаев составляет 1,5 мг/сут. Более высокие дозы ассоциированы с ростом нежелательных реакций без усиления анти- депрессивного эффекта. Карипразин также снижает частоту госпитализаций и экономические за- траты на лечение по сравнению с другими атипичными антипсихотиками при терапии большого депрессивного расстройства. Раннее назначение карипразина в качестве первой линии аугментации антидепрессивной терапии ассоциировано с лучшими исходами. Предполагаемый механизм антидепрессивного действия заключается в модуляции дофаминовой и серотониновой систем. Карипразин метаболизируется, преимущественно, CYP3A4, образуя активные метаболиты с длительным периодом полувыведения. В связи с этим нежелательно сочетание препарата с сильными и умеренными ингибиторами и индукторами CYP3A4. Карипразин не является субстратом р-гликопротеина, что повышает его эффективность и безопасность у пациентов — медленных транспортеров. Однако, он проявляет свойства слабого ингибитора р-гликопротеина. В связи с этим может потребоваться дополнительный мониторинг нежелательных реакций при использовании карипразина с субстратами и ингибиторами р-гликопротеина. Наиболее благоприятное фармакокинетическое взаимодействие у комбинации карипразина и тразодона. В настоящее время недостаточно сведений о соотношении показателей эффективности/переносимости карипразина с различными антидепрессантами, что обусловливает необходимость продолжения дальнейших исследований для уточнения оптималь- ных сочетаний и доз препаратов.